Богдан Киселевич: Сборная – тот уровень, к которому нужно стремиться.

Интервью
13.04.2012
12:51
Пресс-служба Федерации хоккея России
Беседа с Богданом Киселевичем состоялась в Германии, после первой тренировки национальной сборной перед играми «Еврочелленджа». Богдан слегка волновался, что интервьюер засыпает, однако это было совершенно не так. Я с огромным интересом слушал, что рассказывал мне молодой и не по годам зрело мыслящий защитник национальной сборной России и череповецкой «Северстали».
 
- Чья идея была тебя в хоккейную школу привести?
 
- Инициатива исходила от родителей, я пошёл в пять лет в садик, а уже в шесть – в школу. Родители очень много работали, оставлять меня было не с кем, поэтому сразу было принято решение найти для меня спортивную секцию. Сначала папа привёл меня в футбол, к знакомым, поставили меня в один ряд с другими мальчишками – тренер сказал, что «низковат и широковат». Ну а рядом дворец спорта «Алмаз» у нас, хоккейная школа, и там уже тренер сказал – конечно, приходи, тренируйся. Ребята были 1989 года рождения, я – 1990. Над нами другие команды смеялись, что они играют в хоккей, работают над тактикой, а мы всё  - над техникой, «восьмёрочки» крутим, постоянно полуторачасовые тренировки, потом зал – и так каждый день. Андрей Николаевич Кузнецов – с ним не забалуешь, очень серьёзно с нами занимался. Иногда после проигранных матчей кувыркались, дрались на площадке – в общем, очень напряжённое детство было – не оставалось времени на глупости всякие.
 
- А как в Самаре оказался в 17 лет?
 
- Прилетели с международного турнира в Канаде, и сказали мне, что «ты поезжай сразу в Самару, потому, что в первую команду не проходишь, а во второй (они играли в первой лиге) тебе играть не надо». Ну, я пару дней «выцыганил», чтобы дома побыть, потом собрал вещи и поехал. Так я оказался в ЦСК ВВС, это был очень интересный опыт – сразу Высшая лига. Тренировал коллектив Владимир Шиханов – гонял меня постоянно, не давал слабины. А в это время меня уже подключали в юниорскую сборную. Съездил на несколько турниров, а перед чемпионатом мира в Казани отцепили. Очень сильно переживал – было 8 защитников, из них взяли семь и ещё одного «лишнего» нападающего. 
 
Выбило меня это из колеи, следующую предсезонку с первой командой не очень хорошо провёл, и меня сразу отправили в другой клуб Высшей лиги – «Липецк». Это был сезон 2008-2009 годов. Там нас тренировал Виктор Семыкин – человек старой закалки. Был предоставлен практически самому себе, переживал, что оторван от семьи, от девушки, похудел достаточно сильно. Ну а после этого сезона уже вернулся в Череповец и начал там играть. Дмитрий Квартальнов, думаю, сыграл роль, чтобы я остался в коллективе.
 
- В молодёжную сборную помнишь вызов?
 
- Да, это был первый сбор молодёжки под руководством Владимира Плющева, а в это же время у нас в Череповце проходил предсезонный турнир на призы Беляева. Я три тренировки у Плющева откатался – то в четвёртой паре, то в пятой – в общем, неясны перспективы были, потом позвонил агенту и сказал, что лучше отправьте меня на предсезонный турнир – пробиваться в команду. В принципе, без проблем разошлись, и я отправился домой. Тогда Андрей Пятанов со мной очень хорошо поговорил – «что, говорит, злой»? Ну, я говорю – «да, злой, на самого себя, что не сумел доказать». Он и сказал – «ты тренируйся, доказывай дальше, у меня будешь попадать в основу». Играл по 12-14 минут за матч – для молодого защитника это нормально, для меня был прекрасный опыт. Надо было выходить и заявлять о себе - сразу проявлять и мастерство и физику. 
 
Прошлым летом очень плотно занимался с тренером по физподготовке, понял, что нужно серьёзно подходить ко всем аспектам, включая питание. Потому, что чувствовал – по сравнению с другими ребятами где-то физики не хватало, где-то выносливости - стал перестраиваться. Начал последний сезон в третьей паре стабильно – если предыдущие два года я «выживал», то тут уже начал понимать, как получать от хоккея удовольствие. Стал более быстрым, резким, Владимир Воробьёв (третий тренер) очень хорошо помогал, работал со мной над бросками. Ну а потом сказали, что готовься – могут вызвать во вторую сборную.
 
- Как это произошло?
 
- Я очень хотел в сборную, в голове вертелись мысли про выступление в ней. Андрей Назаров и Игорь Никитин тренировали, ребята все очень молодые, интересные. Когда ехал в сборную слегка опасался Назарова, думал, «как бы молчать в тряпочку», а он оказался очень интересным человеком, всё объяснял очень чётко, быстро, ясно, без лишних слов. Ну и Никитин – то же самое. Они ставят задачи, ты их должен выполнять, а если не выполняешь – тебе это ещё раз, что называется, «разжуют». Выходи да играй. В Белоруссии были матчи, очень я переживал, да туда ещё родители приехали. Но от игры я получал настоящий кайф. 
 
Вернулся домой – как на крыльях. Потом в Словению на турнир вызвали, там ещё полезный опыт – длинные тренировки, но все тренеры сборных плавно подводили нас к тому, что требует именно Зинэтула Хайдярович Билялетдинов. Говорили: «ребята, кто-то из вас должен будет усилить первую команду, поэтому готовьтесь». Ну, мы и старались, слушали, пытались показать то, что от нас просят. Там я впервые отличился в составе сборной, «понюхал пороха» как говорится, получил очередной международный опыт. Ну а потом, вернувшись в Череповец, я начал играть в нападении. И провёл так игр пять.
 
- Какой интересный опыт!
 
- Да, не знаю, с чем было связано – может в воспитательных целях, тренеры говорили, что готовимся к плей-офф, ты можешь сыграть и в обороне и в атаке – будешь универсалом на случай травм кого-то из хоккеистов. Сейчас-то я понимаю, почему такая история произошла – пару сезонов назад попросился после травмы «побегать» за молодёжку, и попросил, чтобы поставили в нападение – быстрее в форму войти. А в нападении я «кусачий» - в тело шёл, закидывал шайбу на пятачок – выполнял достаточно большой объём работы. Из-за таких действий возникало достаточно много моментов, а Квартальнов был на игре. И он сказал  - «неплохо в нападении у тебя получается, может потом применим». Тогда-то я думал, что это – шутка, а «аукнулось» через два года (смеётся). Куча моментов у меня была в тех матчах, не сказать, чтобы прямо нравилось играть в атаке, но всё равно извлёк из этого большой опыт, потому, что понял, как защитники передерживают шайбу, что быстрее надо голову поднимать, принимать решения. Скажем, выкатился из-за ворот, шайбу переложил – а нападающего уже прикрыли и момент ушёл. Всё нужно ускорять, и намного быстрее мыслить.
 
- Самое твоё яркое воспоминание из жизни?
 
- Самое яркое – это то, где я сейчас нахожусь. 
 
- Кто сообщил тебе о вызове в сборную?
 
- У нас закончился плей-офф, дали пару дней выходных. Позвонили из клуба и сказали не планировать отдых на апрель, нас могут вызвать в сборную. Я знал, что ещё другие команды из плей-офф освободятся, поэтому не очень верил. А на следующий день было собрание в «Северстали», и тренеры поздравили с вызовом. Когда его перенесли на первое апреля, я уже чётко подумал: «всё, не получится, к этому моменту освободится уже столько команд, что куда мне». Просто для меня это – аванс. Первые две-три тренировки я только катался и слушал – познавал от тренеров и ребят различные премудрости. Совершенно все простые, отличные ребята, помогали, подсказывали. Положительные эмоции меня просто переполняют. Если взять это за экзамен – получается, я – как студент, вроде нормальный, но который весь год прогуливал. И мне дали конспекты и смотрят – выкручусь я или нет. Понимаю, что говорят тренеры, здесь всё намного быстрее – это именно тот уровень, к которому нужно стремиться. А для этого нужно много работать. 
 
Событие со знаком минус – трагедия в Ярославле. Там ведь было столько и игроков и кандидатов в сборные… Тогда казалось, ведь ещё неделю назад с ними играли, как-то мы с Мареком столкнулись, разъехались нормально, позитивно, улыбнулись друг другу. Губу разбили потом – я подумал – запомню, в сезоне будет вам «обратка». А потом одним мигом раз -  и ребят нет. Очень долго отходил от этого, не мог понять и поверить, как же так могло произойти. Осадок жесточайший.
 
- Отвлечёмся от того ужасного дня. Хобби есть у тебя какое-нибудь?
 
- Мне очень нравится собираться с ребятами и играть в настольные игры. И чтобы ребята были не хоккейные – новые люди, новые эмоции, чтобы отвлечься. Да, с парашютом я ещё прыгнул.
 
- Страшно было?
 
- Нет, первый раз вообще не страшно. Я был самым тяжёлым в группе – так называемое «мясо». Его посылают в полёт первым, а потом смотрят отклонение ветра. Я стоял с отрытым люком, для меня это длилось, наверное, минут пять, хотя на самом деле – не больше минуты. Ждал, когда огоньки все зажгутся. Стоял и думал: «да ладно, да ладно, неужели это ты будешь прыгать»? А потом уже отсчёт, открываешь кольцо, динамический удар и спокойно спускаешься. Эмоции не передать. Но вот второй раз – реально страшно.
Похожие новости
Спонсоры и партнеры ХК “Северсталь”
Партнеры чемпионата КХЛ сезона 2021-2022